Турция - Türkiye

Категории
Новости сайта / Sitenin haberleri [4]
Коды городов
Друзья - Dostlar

Турецкий клуб в Москве
Türk Külübü Moskova'da

Турецкий Клуб
      Турция.ру - место под солнцем!
        Турция.Ру
            Мой дом - Турция
              BENİM EVİM TÜRKİYE


                Айда.Ру - отзывы туристов об отелях Турции.


                Наш опрос

                Какая тематика в культуре Турции Вам наиболее интересна?

                 

                [ Результаты · Архив опросов ]

                Всего ответов: 946
                Счетчики- Sayaçlar


                ОТЗЫВ.Ру

                Рейтинг@Mail.ru

                Каталог путешествий www.turizm.ru




                ГЛАВА ПЯТАЯ - В КАППАДОКИИ

                Некоторые фактические данные взяты из книги Омера Демира "Каппадокия. Колыбель истории" (Omer Demir "Cappadocia. Cradle of History", Nevshehir, 1997)

                Ихлара

                Каппадокия сегодня скорее историческое, чем географическое понятие: ее границы за тысячелетия Истории менялись многократно и сейчас ее территория входит, в основном, в вилайеты (провинции, илы) Невшехир, Нигде (это такой город!) и Кайсери. Центральная часть Каппадокии находится примерно в четырехстах километрах к юго-востоку от Анкары или на таком же расстоянии к северу от порта Мерсин и города Адана. Примерно границы Каппадокии можно определить, проведя окружность с центром в подземном городе Каймаклы южнее Невшехира, которая захватит на юге город Нигде, на западе Аксарай, на севере Хачибекташ и Озконак, а на востоке сам Кайсери.

                Можно ориентироваться и по естественным образованиям: Каппадокия это территория с центром на вершине Эрдаш Даги (1982 м), на севере выходящая на правый берег реки Кызыл Ирмак (Красный казак?) и включающая на востоке вулканические вершины Эрсиеш Даги (3916 м), на юго-западе Хасан Даги (3268 м) и Мелендиз Даги (2963 м). Со склонов Мелендиз Даги и берет начала речка Мелендизка, протекающая по дну долины Ихлара.
                Несмотря на обилие солидных вулканических вершин, все двести с лишним километров от Конья до Невшехира проходят по абсолютно плоскому высокогорному плато, которое, судя по отметке уреза воды озера Туз, находится на высотах около тысячи метров над уровнем моря. Сейчас самый конец сентября и здесь достаточно прохладно - практически московская осенняя погода: сухо, утром холодно, днем на солнце плюс 12-15 градусов. Зерновые с богатых полей уже убраны, озимые посеяны, но еще не взошли. Местные колхозники с энтузиазмом копают картошку - чистая, сухая, ровная, на метре борозды мешок, а то и больше.

                Хорошо, наверное, живут турецкие колхозники!
                Дорога вытянулась ниточкой, покрытие роскошное, машин почти нет. Скорость понемногу возрастает, дорога втягивает в себя и увлекает за собой, вот на спидометре уже сто пятьдесят, сто шестьдесят... Я никогда и нигде не ездил со скоростью выше ста пятидесяти километров в час. Здесь же, между Конья и Аксараем я держал эту скорость непрерывно минут по десять-пятнадцать почти в течение часа. Слава Аллаху, строгое турецкое ГИБДД еще сладко спало - последние штаны пришлось бы продавать, чтобы уплатить штраф за превышение скорости. Но все это еще впереди...

                Про Ихлара мы узнали из Интернета, из немногочисленных туристических рекламных сайтов про Каппадокию. Ни на одной из наших карт она не была обозначена, поэтому мы очень обрадовались, когда километрах в двадцати за Аксараем увидели указатель поворота на именно Ихлара, да еще с небольшим символом, во всем мире, кроме нашей любимой Родины, означающим достопримечательность. Поворачиваем направо, не очень-то пока веря, что всего через несколько километров вот эта плоская степь, лишь на далеком горизонте которой справа царила снежная громада Хасандага, преподнесет нам такие сюрпризы Природы.
                Сюрпризы начались почти сразу же. Откуда-то появились сначала покатые, потом все более крутые холмы. Потом из пологих боков некоторых холмов вдруг стали вырастать какие-то конические холмики, похожие на гигантские муравейники, вернее, термитники. Горизонт закрыла плоская, совсем как на диком Западе США гора, а влево вверх по достаточно крутому склону вдруг разбежалась целая колония таких же муравейников, черные провалы дверных и оконных проемов которых говорили об их обитаемости - и отнюдь не муравьями. Мы въехали в Селим. Это уже настоящая Каппадокия, Страна Красивых Лошадей в переводе с языка хеттов, назвавших ее так четыре тысячи (!) лет назад.

                Я надеюсь на то, что при издании этих заметок я смогу включить в них по крайней мере сотню фотографий, сделанных за время поездки. Без этих фотографий вряд ли весь этот спрессованый набор исторических и географических сведений будет интересным. Поэтому я не стану утомлять вас сухим описанием того, что открывалось перед нашими глазами - здесь нужен Гоголь, а Гоголя в нашей прозе вряд ли стоит теперь ожидать. Я лишь коротко, в качестве иллюстрации к фотографиям, буду упоминать места, которые мы видели и какие-то связанные с ними факты, которые стали мне случайно известными и сохранились в памяти спустя полгода - я пишу эти заметки в марте 2001 года, а вернулись мы из поездки в Каппадокию 6 октября года 2000-го.
                В Селиме мы переехали мост через речку Менделиз, не обратив на нее никакого особого внимания - речка как речка. Дорога пошла вверх, огибая по спирали крутой склон, вышла на перевал, мы посмотрели влево вниз - и ахнули. И было от чего.

                То, что мы до сих пор принимали за линию горизонта, вдруг резко оборвалось вниз, сбежало к узкой зеленой долине и раскрылось перед нами огромной чашей, на дне которой глубоко под нами светились красными раскрытыми книгами черепичные крыши села, скорее всего, Белисирма или Япракхисар, а прямо в центре торчала игла минарета двухэтажной мечети, придавая всему этому законченный вид гигантской космической антенны с остронаправленным передатчиком, настроенным, вероятно, на волну самого Аллаха.
                Справа, немного в другой плоскости, параллельно первому шел еще один горизонт, не видимый нами ранее из-за склона горы. Он тоже обрывался вниз, но не к долине, которая убегала за его обрыв и пряталась там, а прямо сюда, к мирной и ни о чем не подозревающей турецкой деревне. Слева, за обрывом первого горизонта, долина уходила на километры вдаль и терялась в зеленой, становящейся постепенно синей дымке. Дух захватывало. Воображение отказывалось работать. Верилось всему - самому невероятному и фантастическому. Почему-то приходили в голову лещадки на псковских иконах - не отсюда ли? Оказывается, это вовсе не стилизация - так есть! На самом деле! С трудом мы оторвались от этого завораживающего зрелища космического масштаба и сели в машину. Через четыре километра мы подъезжали к Ихлара.

                Чтобы мне долго не расписывать, что такое Ихлара, а вам не читать, спотыкаясь на провалах моей мысли, вспомните Гранд Каньон на великой американской реке Колорадо. Долина Ихлара - это такой же каньон, уменьшенная копия колорадского. Если у Гранд Каньона высоты скал у уреза воды от 120 метров до километра, то в Ихлара они не превышают 150-200 метров. Правда, сама Колорадо на несколько порядков более мощная река, чем Мелендизка, которую мы только что переехали в Селиме, не обратив на нее никакого внимания. Поэтому Гранд Каньон имеет ширину на уровне поверхности плато до 25 километров, то есть, находясь внизу, у воды, противоположный обрыв вы видите не всегда.
                Здесь же наоборот: противоположный обрыв находится от вас всего метрах в двухстах, взгляд постоянно упирается в него, и у вас непрерывное и четко-тревожное ощущение, что вы находитесь на дне глубокого (150 метров!) каменного колодца с отвесными стенами из красного гранита. Даже если бы здесь больше ничего не было, этого было бы достаточно, чтобы сюда валом валили туристы. Они сюда иногда приезжают. Мы встретили здесь за два часа всего две группы человек по пятнадцать, приехавшие на автобусах из Анкары.

                Устроено все здесь довольно просто. Проезжая через деревню Ихлара, и изо всех сил стараясь не переехать многочисленных здесь курей золотисто-оранжевого цвета, вы не подозревая ни о чем, подъезжаете к той самой зеленой долине, которая только что пряталась за обрыв второго горизонта. Стоянка для машин и автобусов, летнее кафе, легкий павильон, вернее система небольших павильончиков, окружающая аккуратный дворик, касса, два молодых жандарма с автоматами - все как везде.
                А потом вы подходите к перилам лестницы, ведущей из глубины дворика вниз - и ахаете! Вы бы никогда не подумали, что вот прямо здесь, посреди мирной деревни начинается ТАКОЕ! Вы в первый раз видите этот каменный узкий и длинный (почти 16 километров!) колодец, куда можно спуститься по многопролетной - это пятьдесят этажей! - металлической лестнице в 382 или 383 ступеньки.

                Наверное, можно спуститься и просто по скалам, не везде же они отвесные. Местные жители спускаются - мы видели внизу несколько человек совершенно моджахедского вида, правда, без пулеметных лент крест-накрест. Но не случайно же долину патрулирует жандармерия!
                Но скорее всего вооруженные жандармы находятся здесь по другой причине. Вся долина Ихлара - гигантский исторический памятник под открытым небом, памятник мирового значения. В отвесных скалах долины Ихлара находится 105 церквей первых веков христианства и жилые дома - пещеры на 5 000 жителей. Четырнадцать церквей открыты для посещения. Непосредственно между деревнями Ихлара и Беллисирма в скалистых берегах реки Мелендиз находятся пять из них: Йиланлы, Аджачалты, Сюмбюллю, Киркдамалты и Бахаттын Саманлыджи. Это турецкие названия. Судя по неплохо сохранившимся росписям, Йиланлы - это церковь Георгия Победоносца. Аджачалты, сохранившая фрески сцен Введения во Храм, Благовещения, встречи Марии и Елизаветы, Рождества Христова, бегства а Египет, Успения и Вознесения, скорее всего, посвящена Богородице.
                Двухэтажная церковь Сюмбюллю находится прямо у подножия лестницы, ее вход расположен на высоте двадцать метров над уровнем реки. В ее куполе сохранилось изображение Христа Вседержителя, на южной стене - Благовещение. Можно различить также Николая Угодника, Соломона, архангелов Михаила и Гавриила.

                Удивительно, что фрески вообще сохранились, оставаясь более тысячи лет в мусульманском окружении - это только огромный плюс исламу, рассматривающему Христа (мир и милость ему от Аллаха!) как всего одного из своих пророков и признающему Марию (Мерием), Гавриила (Джабрииль), и еще сотни христианских святых и пророков. Конечно, не без хулиганства и варварства - глаза многих святых тщательно выцарапаны - но вряд ли это вина ислама. Скорее, это обычная дикость подростков, ищущих выхода для своей рвущейся наружу энергии. В Подмосковье много церквей, оскверненных представителями народа-богоносца: возьмите хотя бы ту же Лукианову пустынь! В Ихлара, кстати, мы не видели ни одной надписи типа Здесь был Айдын, Хасан из Диярбакыра или Дембель-1453 год.
                Убежища в скалах датируются по-разному - от каменного века до сельджукского периода. Церкви же здесь начали устраивать в первые века христианства. Росписи, судя по изображенным святым и самой живописной технике, относятся к более позднему периоду, скорее всего периоду иконоборчества. Мы к этому вернемся в Гёреме, а сейчас нам надо спешить - искать в славном городе Невшехире не существующую там гостиницу Лодзь.

                Невшехир

                Мы ехали, как водится, усталые, но довольные. Даже если мы в Каппадокии больше ничего не встретим, увиденного сегодня хватит с избытком, чтобы считать всю поездку удавшейся. Возвращаемся на дорогу Аксарай - Невшехир, уверенно поворачиваем направо - мы теперь хорошо ориентируемся. Меньше, чем через час мы въехали в славный город Невшехир.
                Невшехиром он назывался не всегда. Он был основан, вероятнее всего при хеттах, которые почти четыре тысячи лет назад медленно продвигались по протекающей неподалеку реке Кызыл Ирмак и ее притокам, совсем, как славяне (чуть не сказал: древние славяне; ничего себе, древние, - три тысячи лет спустя после хеттов!) по Оке и ее притокам Москва-реке, мордовской Мокше и тамбовской Цне. Тогда этот город назывался Нисса. Он был свидетелем всей турецкой истории, давая приют тем же хеттам, римлянам, византийцам, сельджукам, армянам и евреям которые вместе с греками, молдаванами, украинцами и русскими являются прямыми предками нынешнего турецкого народа. Какое-то время город назывался Мушкара.

                Нынешнее имя Невшехир означает что-то вроде Нью-Йорка или Новгорода, точнее - Новый Город. Невшехир получил его сравнительно недавно, всего в XIV веке, незадолго до Куликовской битвы, почти одновременно с переименованием Переяславля Рязанского в простую Рязань в другой части той же гигантской татаро-монгольской империи, после того как настоящая Рязань была разрушена Батыем.
                Сейчас я жалею, что мы не совсем правильно спланировали поездку и у нас совсем не было времени на Невшехир. А это замечательный и знаменитый город! Здесь жил и работал епископом один из отцов православной церкви святой Григорий Нисский, богослов и философ, тонкий интеллигентный человек, младший брат того самого Василия Великого, который изображается в деисусном чине иконостаса практически любой более или менее крупной православной церкви после Иоанна Предтечи, Архангела Михаила и апостола Павла. Григорий в деисусе изображается редко, но в росписях любого храма и на многих иконах обязательно присутствует. Он родился в 332 году нашей эры неподалеку отсюда, в Кайсери, которая называлась тогда Кесарией Каппадокийской в отличие от Кесарии Палестинской, находящейся там и сейчас всего в часе езды от Тель-Авива на север по направлению к Хайфе.

                В Кесарии Палестинской мы были, а вот в Кайсери пока тоже не попадем - слишком много было неизвестных при планировании поездки. В другой раз!
                В Невшехире на высокой горе находится музей еще одного исламского философа и мистика Хаджи Бекташ-и-Вели, который жил тысячу лет спустя после Григория Нисского и был для Турции чем-то вроде нашего Сергия Радонежского, своего современника, способствуя формированию национального самосознания турецкого народа, который тоже страдал под гнетом татаро-монгольского империализма. Я могу ошибаться, но кажется, что именно Хаджи Бекташ-и-Вели был основателем ордена Бекташей, духовного покровителя янычар - даты и имена хорошо совпадают! Надо обязательно приехать сюда еще раз на неделю, на две - и лично убедиться в этом.
                Рядом с Невшехиром, в Киршехире, есть мавзолей поэта Юнуса Эмре, тоже мистика. 1991 год был провозглашен ЮНЕСКО годом Юнуса Эмре и - не случайно - годом любви к ближнему. Там же работает мечеть, названная по имени Ахи Эврана, основателя еще одного влиятельного братства, названного его именем. Но это все уже вне пределов доступного для нас. Каппадокия также неисчерпаема, как атом.

                Сельский клуб Каппадокии

                Почти час елозили мы по Невшехиру, колесили по его узким улочкам, то взбирающимся на высокий холм к музею Хаджи Бекташ-и-Вели, то опять пропадающим внизу, дважды выезжали из города - бесполезно. Отеля Лодзь, обозначенного в нашем ваучере, в Невшехире не было никогда. Добрым словом мы вспомнили не Ирину Умаровну - она здесь ни при чем. При чем был Самир, встречавший нас в аэропорту Анталии, которого я как человека просил прислать мне по факсу схему подъезда к отелю в Невшехире. То ли по разгильдяйству (молодой еще!) то ли потому что это не входило в его обязанности и, естественно, не оплачивалось, но Самир нам ничего не прислал.
                Наконец, в отеле Алтын Оз на улице имени Раджипа Юнера (дай ему Аллах здоровья!) Ляле удалось добиться всей правды. Она состояла в том, что отеля Лодзь не только в Невшехире, но и в природе не существует. Скорее всего, нам был обещан Cappadocia Country Club - Сельский клуб Каппадокии - в соседнем Учисаре, который раньше действительно назывался Cappadocia Lodge, то есть, что-то вроде Жилье, сдаваемое в наем в Каппадокии, или Ложа (логово?) Каппадокии, или еще Привратницкая Каппадокии, то есть никакого отношения к славному городу Лодзь в братской Польше не имеющее.

                Едем туда. Клуб так клуб, бывали мы в сельских клубах!
                В таких - не бывали. В Турции мы жили в разных отелях - в Стамбуле даже в перестроенном из бывшей тюрьмы, кстати очень симпатичном и уютном. Лучший отель в котором я жил в Турции - это сельский клуб Каппадокии, Cappadocia Country Club. Он построен для людей - без ненужной роскоши, но тщательно, очень продуманно, очень технологично, соразмерно человеку и его потребностям. Он построен недавно умными и, вероятно, молодыми архитекторами, над которыми не довлели традиции, каноны и заблуждения. Обслуживает его тоже молодежь, местная, невшехирская и учисарская - не из Стамбула же их привозить! - но ничем не отличающаяся от стамбульской и вообще, европейской.

                Информация к размышлению

                Дом - машина для жилья (Кажется, Вальтер Гропиус)

                Сельский клуб стоит в чистом поле километрах в двух от Учисара. Вернее сказать, не стоит в чистом поле, а был построен в чистом поле, которое сейчас превратилось в огромный комплекс отеля с его территорией, стилизованной под старинную усадьбу, бассейнами под открытым небом, полем для гольфа, садом и автостоянкой, отделенной от основного комплекса символическим лесом из настоящих деревьев, желтые листья которых также медленно падают и устилают дорогу, как где-нибудь сейчас в нашем Абрамцево. Хорошие архитекторы живут в Турции!
                В лифте мы встретили пожилую, но бойкую американку в карнавальном наряде. Она с улыбкой отреагировала на наше замешательство, хотя мы достаточно тренированы, и это замешательство продолжалось тысячную долю секунды: Нет, я не сумасшедшая - просто мы сегодня празднуем мой день рождения, семьдесят лет. Услышав в ответ традиционное Many happy returns of the day to you!, просияла, а узнав, что мы из Москвы, вообще разговорилась.
                Простая американская миллионерша, лицо кавказской национальности - армянка, родившаяся здесь, в Каппадокии, но вынужденная уехать в поисках счастья, которое быстро нашла там, за океаном. Но тем не менее, раз в год, на свой день рождения приезжает сюда, на свою историческую родину, поклониться святым для себя местам.

                Сегодня половина населения отеля - ее друзья, приехавшие сюда со всех концов света, чтобы торжественно отметить ее славный юбилей и увидеться со своими соотечественниками.
                Мне стало немного грустно. Я много раз был в Армении, у меня и сейчас там много хороших друзей. Замечательные люди! При историческом материализме, в семидесятые годы, я участвовал в создании мощного производства хлоропреновых каучуков в научно-производственном объединении "Наирит" в Ереване. Технологией производства этих каучуков обладали две фирмы - западногерманский "Байер" и американский "Дюпон". Эта технология подпадала под запрет на экспорт в СССР, поскольку хлоропреновый каучук негорюч, и из него делают не только транспортерные ленты для угольных шахт, но и обрезинивают траки танков, а также делают шины для транспортеров мобильных ракетных установок, установщиков, транспортно-прегрузочных агрегатов, бронетранспортеров и другой военной техники. Правда, до 1979 года, до нашего вторжения в Афганистан, запрет соблюдался относительно формально, и нам удалось договориться с японцами, о том, что они поставят нам технологию, при условии, что американцы - не за бесплатно - закроют на это глаза, а оборудование целиком будет изготавливаться в Японии на заводах концерна "Кобе Стил".

                Ирония судьбы состояла в том, что принимал американско-японскую проектную документацию и на ее базе разрабатывал советскую, в основном строительную, часть этого гигантского проекта Сумгаитский филиал Госнихлорпроекта, руководимого тогда знаменитой Фаридой Джафаровной Рустамбековой. Поэтому наша команда состояла из московских бюрократов, к которым принадлежал и я, армянских ученых и производственников и азербайджанских проектировщиков. Мы все вместе дружно жили и работали то в Кобе, то в Ереване, то в Москве, то в Баку. Хорошие были времена! Степан Аствацатрян, Рубен Мкртчян, Жорик Машурян, Наташа Тер-Газарян, Джема Оганесян, Вирджиния Григорян - умные, интеллигентные люди, настоящие профессионалы. И ни намека на национальную вражду - слишком высокий уровень интеллекта для этого низменного чувства.
                Но грустно мне стало не поэтому.

                Я часто бывал в Ереване, люблю его и считаю одним из самых красивых, если не самым красивым из советских городов, построенным по единому замыслу гениального армянского архитектора Александра Ивановича Таманяна. Я долго стоял у подножия памятника жертвам геноцида армян 1915 года и не мог понять, как такое могло случиться. Я еще ни разу не был тогда в Турции, но уже инстинктивно чувствовал, что разделение людей по крови, по национальности - ни на чем не основанное безумие, а национальная вражда - наиболее низменный политический инструмент. Разделение людей по крови приводит только к пролитию этой самой крови, крови абсолютно невинных людей.
                Границы Великой Армении при Тигране II (95-56 гг до н.э.) простирались до Каппадокии на западе, реки Иордан на юге, Каспийского моря на востоке и Албании (это другая Албания!) на севере. Позже сначала римляне, а затем византийцы с иранцами добились ослабления Армении и она была поделена между Византией и иранскими Сасанидами. Тем не менее, армянское население всегда существовало в Малой Азии. К началу Первой Мировой войны на территории Османской империи, потерявшей свое былое могущество и превратившейся в полуколонию, проживало около 3 миллионов армян.

                Турция воевала на стороне Германии и рассматривала турецких армян как пятую колонну Британской империи, находящуюся в собственном тылу. Под предлогом выселения армян из прифронтовой полосы, правящие тогда младотурки организовали их физическое истребление. Было уничтожено полтора миллиона армян; свыше 600 тысяч человек было угнано в пустыни Месопотамии, где большинство из них погибло. Сотни тысяч армян нашли убежище в странах Ближнего Востока, Европы и Америки, образовав там влиятельные и богатые диаспоры. (Фактические данные из БСЭ, 3-е изд., т. 2, стр. 224) Так что война между бывшей советской Арменией и бывшим советским Азербайджаном за Нагорный Карабах - это еще и сведение исторических счетов, такое же жестокое, кровавое и бессмысленное, как и сама История, по крайней мере в данном конкретном случае.

                И с каждым падающим в строю местность, подобно тупящемуся острию теряет свою отчетливость, резкость. И на востоке и на юге опять воцаряются расплывчатость, силуэт: это уносят с собою павшие на тот свет черты завоеванной Каппадокии.

                Гёреме

                Помните фотографию из замечательной книги Ильхана Акшита Турция, с которой начались эти заметки? Позволю себе длинную цитату из собственного введения:

                "Почти до горизонта простиралась долина, заполненная сотнями сооружений неправильной конической формы, ростом выше тополей, сооружений, судя по всему, каменных, с когда-то прямоугольными нишами, прямые линии которых теперь стерты временем и превращены в кривые, ограничивающие распахнутые пасти черных провалов, ведущих внутрь этих ульев для птеродактилей. Сооружения то кучковались десятками, то отступали, обнажая плоскую, безжизненную, почти лунную - но без лунных кратеров - поверхность. Справа в долину вторгался горный хребет в миниатюре, ростом метров сто пятьдесят-двести, с гребнями, кряжами, чередой складок, долин, структура которых особо подчеркивалась, умножалась и усложнялась четкими криволинейными тенями с острыми, как у самого хребта, краями. На самом горизонте царили плоские столовые горы, уже настоящие, очень похожие на горы Дальнего Запада США из фильмов про Чингачгука. Отвесные и тоже плоские обрывы этих гор смотрелись как противоположный берег гигантской каменной реки, в которой и наши марсианские сооружения, и игрушечный хребет были застывшими волнами двенадцатибалльного шторма".

                То, что мы увидели в действительности, было еще более грандиозно, еще более фантастично, еще более захватывающе. В дополнение ко всему описанному выше в пространстве, лежащем у наших ног и хорошо видимом с обрыва на десятки километров, присутствовали:

                - редкие одинокие скалы, похожие на динозавров или ящеров, вставших на задние лапы и вытянувших все тело вверх к плоским остроконечным и часто продырявленным змеиным головкам, задранным к небу;

                - термитники, увиденные нами в Селиме, и стоящие в одном ряду с обычными двухэтажными домами с застекленными рамами, которые выглядели здесь как будки для двухэтажных собак, охраняющих покой гигантских жителей этих гигантских термитников;

                - странные гладкие и округлые образования песочного цвета, которые больше всего походили на десятки рядов гигантских яиц, срезанных наискось и поставленных рядом на плоскость среза так, что их округлые поверхности, слегка деформируясь входили одна в другую, а острые кончики торчали вверх как многочисленные зубы гигантской челюсти первобытной акулы;

                - Плоские, хорошо видимые с нашего обрыва, каменные наплывы, образующие узор, подобный мраморному.

                - Абсолютно фаллического вида огромные каменные столбы с характерными головками, которые напоминали о каких-то каменных великанах, лежащих на спине и почти полностью зарытых в здешнюю каменистую землю.

                И посреди всего этого, неземного и пугающего своей необычностью, разгуливали обычные яблони, на которых листвы уже не было, а тяжелые красные яблоки были еще не сняты; вился виноградник, и мы потом срывали тяжелые сочные кисти и ели особенно сладкий здешний виноград прямо у подножия всех этих драконов и термитников; и еще - пронзали серое сегодня небо совсем малороссийские, жмеринские, такие родные тополя.
                Сзади же возвышались огромной и жирной буквой Ы, продырявленной во многих местах то ли оконными проемами, то ли орудийными портами крупнокалиберных марсианских пушек, две гигантских скалы города Учисара, отороченные снизу обычными саклями, теснящимися в несколько рядов и убегающими еще дальше вправо, за скалы, откуда тоже торчали чуть сточенные зубья первобытных акул. Над левой, самой толстой скалой развевался красный флаг, казавшийся таким родным, поскольку полумесяца со звездой за расстоянием не было видно. Красный флаг над марсианской скалой всем своим видом убеждал, что наши все-таки пришли сюда, они уже здесь, и скоро ничего фантастического здесь не останется - не украдут, так разрушат!


                Буржуазная лженаука считает, что долина Гереме и десятки других подобных здешних долин с волшебными каминами, "fairy chimneys" - так они называют эти странные конусы и пирамиды - образовались в результате извержения близлежащих вулканов Эрсиеш, Гюллюдаг и Хасандаг, которые в течение многих миллионов лет своей деятельности заполняли здешнее пространство пеплом, грязью и горячей лавой, застывавшей в самых причудливых сочетаниях и формах, Затем вода и ветер делали свое дело. Грязь и пепел вымывались, мягкая лава и твердые скалы выветривались, естественно, выветривались неравномерно, образуя все это фантастическое и хаотическое нагромождение объемов и сочетание поверхностей. Люди тоже приложили свои руки к этому преобразованию, живя здесь сотни тысяч лет и приспособив значительную часть волшебных изделий под свое жилье. Внешне это объяснение выглядит стройным и логичным, но верить ему все равно не хочется - слишком уж фантастичен окружающий пейзаж. А если спросить себя, почему же другие вулканы нигде не произвели ничего подобного, то это нанесет сокрушительный удар и по стройности, и по логике.
                И все равно, надо обязательно приехать сюда еще раз, уже по-настоящему, не наскоком, встретить здесь рассвет, и не один, проникнуться всем этим сюрреализмом, по сравнению с которым сюрреализм того же Дали кажется академическим произведением выпускника советской школы живописи и ваяния образца 1937 года. Приехать надо обязательно, тем более, что Ляля получила здесь в подарок очаровательного щенка - она и здесь целует всех встреченных собак, и они почему-то отвечают ей взаимностью. Щенка мы с собой, конечно, не взяли: отдали его на воспитание его прежним хозяевам, наказав, что это наш щенок, временно находящийся у них. До сих пор моя любимая жена часто и со вздохом спрашивает: И что-то там теперь делает моя собака?, произнося это со вздохом, печально и протяжно: моя-а-а сооба-а-ака!

                Хатиджа

                Сразу за Учисаром дорога приходит в Авчилар - она идет сначала по высокому берегу долины, простирающейся на десятки километров, а в Авчиларе спускается в саму долину, поскольку значительную, если не основную часть жилого фонда славного города Авчилара составляют те же каменные динозавры, в чреве которых живут простые авчиларцы, привыкшие к этому, как мы привыкли к немытым лестничным площадкам в наших многоэтажных домах. Мы случайно познакомились с одной из жительниц этих пещер, гостеприимной каппадокийкой Хатиджей, загорелой, чуть располневшей, но еще вполне сохранившей все свои внешние формы - формы зрелой женщины, уверенной в себе, в своем муже и в своих детях. Павло-Посадский платок, надетый по местной традиции, не то чтобы покрывал ее гордо посаженную голову, но и как-то забинтовывал ее, что только подчеркивало чуть резкие, но тонкие в молодости черты лица с взметнувшимися дугами черных бровей. Одни плотно сжатые губы, вернее чуть ассиметрично опущенные их уголки, выдавали и глубину пережитых житейских потрясений и недюжинный характер, позволивший эти потрясения пережить.
                Заехав на площадь, вернее, на грунтовую площадку, чуть возвышающуюся над садами, растущими прямо среди конических сооружений, и на которую выходили дверные проемы этих обиталищ, мы заколебались, не очень уверенные в приемлемости нашего вторжения в здешнюю частную жизнь. Однако, бодрый возглас Хатиджи на чистом английском языке быстро рассеял все наши сомнения. Да, машину можно оставить здесь. Гуляйте сколько хотите - и вообще, заходите, увидите, как живут простые люди в Каппадокии. Мы отнекивались, как могли, но что могли поделать двое бледнолицых перед могучей пассионарностью гостеприимного потомка хеттов и армян?

                Кстати, Хатиджей звали и первую жену Пророка Мухаммада (мир и милость ему от Аллаха!).
                Зашли в пещеру. Пещера, как пещера: двухэтажная, сухая, просторная, чистая. Снаружи серая отвесная стена пирамиды с небольшим, увитым виноградом козырьком над входом и скамеечкой, на которой и сидела сама Хатиджа, когда мы въехали на площадку. Вход завешан не то шкурами, не то коврами. От входа несколько ступенек ведет вниз, в первую комнату, дальше - лестница на второй этаж. В комнате скромная мебель - шкаф с хрустальными рюмками и кофейным фарфором, диваны справа и слева с накинутыми на них коврами и ковровыми же подушками. Ковры на стенах, ковры на полу - такая комната могла бы быть в любом доме в любые века. О современности говорили лишь банка из-под растворимого кофе, электрическая люстра и обычный телефон с автоответчиком, кажется даже такой же Панасоник, как и у нас дома.
                Население пещеры составляли две очаровательные дочери Хатиджи, совсем не похожие ни друг на друга, ни на свою энергичную мамашу. Младшая, круглолицая, светлая, тихонько сидела и что-то вязала рядом со своим очаровательным малышом, который безмятежно спал. Его брат лет шести играл рядом. Она вышла замуж чуть ли не в пятнадцать лет, и вот сейчас у нее уже двое детей. Счастливая! Старшая - тонкая, изящная, стильная, черноглазая и незамужняя - читала какую-то книжку.

                Я еще раньше заметил, что чем больше девушки читают книг, тем меньше они выходят замуж. Какая-то странная зависимость! Для кого же я тогда пишу? Выходит, для неустроенных баб! У Хатиджи еще есть сын, младшенький, любимый и желанный после двух девушек. Ему еще нет двадцати, и это он уезжал с площадки на новеньком Догане, игнорируя ее гортанный призывы к его совести, когда мы на эту площадку въезжали. Какая совесть может быть у юного избалованного джигита, располагающего машиной и свободным временем?
                Муж Хатиджи держит в городе небольшую лавочку по прокату мотороллеров - самый приемлемый транспорт для здешних мест, доступный многочисленным местным и европейским студентам, проводящим здесь каникулы или собирающим материалы для курсовых работ.

                Я кажется где-то уже рассказывал о Валери, хрупкой девятнадцатилетней француженке, путешествующей в одиночку, то автостопом, а то пешком по Святой земле, чтобы собрать материал для обычной студенческой курсовой работы. Мы подобрали ее на шоссе где-то между Назаретом и Табгхой в окрестностях Генисаретского озера, потом купались вместе в реке Иордан, обедали в святом для правоверных иудеев городе Цфат, после чего она закинула за свою изящную спину такой же изящный рюкзачок, в который можно поместить разве что два носовых платка, и побрела искать ночлег в каком-то студенческом почти бесплатном пансионате, обозначенном в ее путеводителе. Дети природы! Они не ведают страха и не знают преград. Как я им завидую!
                Хатиджа закончила университет в столичной Анкаре, но потом вышла замуж за бравого джигита из Авчилара, перебралась к нему в пещеру, нарожала и вырастила детей, а теперь вот нянчит внуков. Сама она еще и подрабатывает тем, что делает традиционных каппадокийских кукол, а еще вяжет кружева. Несмотря на всю суровость здешней жизни, Хатиджа кажется вполне счастливой - у нее есть все. Кукла по приезде в Москву была немедленно подарена нашей доброй знакомой, истовой мусульманке Эльвире Максудовне, а кружева, сделанные руками Хатиджи, естественно пылятся у нас дома, напоминая о такой случайной и такой запоминающейся встрече.

                Музей под открытым небом

                Главная достопримечательность Авчилара - музей под открытым небом: охраняемый и финансируемый государством комплекс христианских церквей, сохранившихся в здешних фантастических каменных пирамидах со времен Василия Великого, жившего в 329-379 гг. н.э. и организовавшего здесь первый монастырь. Все первые века христианства верующие бежали сюда из Иерусалима и из других мест, спасаясь от преследований официальных властей. Кстати, каппадокийцами были все сорок севастийских мученников, празднование памяти которых совпадает у нас с прилетом скворцов и жаворонков и отмечается как раз 22 марта. Все они погибли из-за отказа принести жертву языческим богам. Не из этих ли мест они были призваны на действительную службу в римскую армию?
                Церкви строились здесь и позже, в период иконоборчества, потом при сельджуках. Самая новая церковь сооружена и расписана уже в тринадцатом веке, незадолго до прихода татаро-монгол.

                Всего в районе Гёреме и ближайших окрестностях находится около 400 подобных церквей - небольших, редко двух-четырехстолпных, редко трехапсидных. Наиболее известные и хорошо сохранившиеся церкви музея под открытым небом Токалы, Чарыклы, Каранлык, Элмалы, Йиланлы, Саклы и полуразрушенная Эль Назар. За этими турецкими названиями скрываются уютные, совсем родные православные церкви, богато расписанные яркими фресками, сохранившими первозданную свежесть минеральных красок.
                Узнаваемость библейских и евангельских сюжетов сопровождается вполне читаемыми надписями, хотя и по-гречески, но родной кириллицей. Лики святых тоже знакомые, византийские, мало чем отличающиеся от ликов, написанных тем же Феофаном Греком. Как хорошо было бы провести здесь пару месяцев, чтобы в деталях проследить развитие и предпочтительность сюжетов, нюансы изображения того или иного святого, степень соответствия канонам, сложившимся в гораздо более позднее время, сравнить здешние росписи, например, с раннехристианскими мозаиками Равенны - столько достойных занятий для праздного человека!
                Но мы спешим - я уже говорил, что поездка была спланирована неправильно. Нас ждет подземный город Деринкую, еще одно из чудес света, мало известное просвещенной российской публике, давно освоившей более далекие пляжи Маврикия и мягкие прелести Паттайи.

                Читать дальше...

                Культура - Kültür

                Что нового?

                НОВОЕ ФОТО

                YENİ FOTO



                НОВОЕ ФОТО

                YENİ FOTO



                НОВАЯ СТАТЬЯ

                YENİ YAZI




                НОВЫЕ СТИХИ

                YENİ ŞİİR




                НОВАЯ МУЗЫКА

                YENİ MÜZİK



                НОВАЯ КНИГА

                YENİ KİTAP



                Emin Coşkun - ART

                Авторский сайт Эмина Джошкуна

                Emin Coskun

                Эмин Джошкун у нас


                Поделиcь - Paylaş
                Поиск - Arama
                Copyright TÜRK EVİM - ТУРЕЦКИЙ ДОМ © 2017 Сайт создан в системе uCoz